Мы используем cookie-файлы, чтобы получить статистику и обеспечивать вас лучшим контентом. Продолжая пользоваться нашим сайтом, вы соглашаетесь с использованием технологии cookie-файлов. Это совершенно безопасно!
Что принесет России захват Сувалкского коридора

Что принесет России захват Сувалкского коридора

Томаш Пласкота (Tomasz Plaskota)
Время прочтения:

wPolityce.pl: Термин «Сувалкский коридор» появился в терминологии НАТО, а оттуда проник в политический и публицистический дискурс. Что он означает? Это просто географическое понятие или его следует рассматривать в каких-то других аспектах?

Тадеуш Киселевский (Tadeusz A. Kisielewski): «Сувалкский коридор» — это в первую очередь военное понятие, хотя оно имеет отношение к географии. Оно отсылает к появившемуся в годы холодной войны термину «Фульдский коридор», напоминая, что новая холодная война с постсоветской Россией уже началась. Раньше НАТО считало, что нападение сил Организации Варшавского договора на Западную Европу начнется с танкового удара именно по Фульдскому коридору, поскольку это направление в случае успеха позволяет развернуть операцию в южной и западной части ФРГ, а оттуда пойти дальше на Запад.

— Сувалкский коридор имеет похожее стратегическое значение?

— Это территория, захват которой позволит России, во-первых, отрезать Литву, Латвию и Эстонию от основной части европейской территории НАТО. Она получит шанс вновь подчинить их себе (хотя вряд ли вновь включить в свой состав) и потребовать их выхода из Альянса.

Во-вторых, захват Сувалкского перешейка даст изолированному российскому эксклаву, Калининградской области, непосредственный доступ к Белоруссии. А это, скорее всего, станет первым шагом к, мягко говоря, еще более сильному подчинению, этой страны России, чем мы наблюдаем сейчас. В-третьих, нельзя не учесть также долгосрочные экономические выгоды, которые может принести Москве захват Сувалкского коридора. У России много природных богатств, но проблема заключается в том, что большинство ее месторождений находится в труднодоступных местах и/или в отдалении от промышленных предприятий.

— Это касается стратегических металлов.

— Таких, как титан и ванадий. Месторождения этих металлов и железной руды есть как раз в окрестностях города Сувалки. Доступ к подземным богатствам Сувалкского коридора может стать дополнительным (наряду с военным) мотивом для его захвата. Соображения экологического свойства Россию бы не волновали.

— С географической точки зрения Сувалкский коридор не ограничивается территорией Польши.

 

— Да, ведь польско-литовская граница — это не стена, которая бы отделяла друг от друга два государства и не позволяла силам захватчика совершать маневры по обеим сторонам. Территория потенциальных действий агрессора — это как минимум Голдапский, Олецкий, Сувалкский, Сейненский и Августовский районы (возможно, без его юго-западной части), а также северо-восточная часть Элкского района. Если предположить, что удар (или один из ударов) будет нанесен также с территории Белоруссии, россияне могут начать операцию прикрытия, выдвинувшись из района Гродно в направлении города Моньки через Сокульский район, площадь которого составляет 2 055 квадратных километров, а население — около 70 000 человек.

 

Монькский повят, который тоже может пострадать в результате этой операции, — это 1 400 квадратных километров территории и более 42 тысяч человек. Площадь района боевых действий может составить от 5 500 до 9 000 квадратных километров.
В случае успеха Россия, по всей вероятности, ограничится аннексией пятью первых вышеперечисленных районов (площадь — 4 тысячи квадратных километров, население — около 118 тысяч человек). Возможно, она также захватит часть Августовского района (1 700 квадратных километров, 60 000 жителей).


— Следует, однако, отметить, что польская часть Сувалкского коридора отличается сложными условиями местности.

— Они плохо подходят для действий танковых и механизированных войск. С этой части зрения литовскую часть Сувалкского коридора занять в ходе стремительной акции проще. Поэтому нельзя исключить, что операция будет разворачиваться с обеих сторон польско-литовской границы, а если россияне одержат успех, они аннексируют часть территории Литвы.

— В своей книге вы описываете возможный сценарий нападения России на Польшу. Зачем ей вообще на нас нападать? Что ей это даст?

— В книге я подчеркиваю, что это не прогноз развития геополитической ситуации, а лишь предостережение. К каждой угрозе следует относиться серьезно, каждой следует уделить внимание, чтобы, если она станет реальностью, быть к ней готовым. К трем пунктам, в которых я перечислил, какую пользу может принести России нападение на Сувалкский коридор, я хотел бы еще добавить факторы, делающие перспективу такой атаки реальной.

— Пожалуйста.

— Первый — это политика России в так называемом ближнем зарубежье, то есть стремление реанимировать советскую империю (Украина, Белоруссия, Молдавия, Грузия и так далее). Судя по последним прогнозам, россияне будут ограничивать расходы на вооружения, а состояние их армии не так прекрасно, как изображает кремлевская пропаганда, однако, понятно, что Путин при благоприятных условиях не откажется от плана по «собиранию земель русских».


Второй фактор — это те самые благоприятные обстоятельства. Подарком судьбы для россиян может стать эскалация ситуации на Корейском полуострове. США придется полностью сосредоточиться на Азии, ведь конфликт будет иметь глобальное геостратегическое значение, а американцы не способны обеспечить присутствие достаточного количества средств сдерживания в нескольких регионах одновременно. Иными словами, Европа на какое-то время утратит прежнее значение. Хотя россиянам тоже придется уделить внимание Азии и направить туда часть своих сил, именно тогда они могут постараться ослабить НАТО в Европе. Путь к этому лежит через Сувалкский коридор.

— Рассмотрим другую гипотетическую ситуацию: НАТО захватывает Калининградскую область. Что это даст Альянсу?

— Я вижу здесь два варианта. Первый: захват области как упреждающая операция, призванная предотвратить нападение России на Сувалкский коридор. Конечно, следует учитывать любые сценарии, однако, такое развитие событий выглядит, на мой взгляд, совершенно нереальным хотя бы потому, что Альянс (вопреки утверждениям кремлевской пропаганды) — это оборонный, а не агрессивный союз. Второй вариант, то есть захват Калининградской области в результате российского поражения в Сувалкском коридоре, будет, в свою очередь, естественным и благоприятным завершением конфликта. Кроме того, он закроет вопрос статуса этого региона, который оставался неопределенным с момента окончания Второй мировой войны.

Напомню, что по результатам Договора об урегулировании в отношении Германии, который 12 сентября 1990 года подписали два немецких государства и четыре оккупационные державы (2+4), немцы признали территориальную целостность всех стран Европы в их нынешних границах, а также заявили, что не имеют к ним каких-либо территориальных претензий и не будут выдвигать их в будущем. Те же формулировки появились с немецко-советском договоре от 9 ноября 1990 года. В свою очередь, в польско-немецком договоре от 14 ноября 1990 года Германия признала не только территориальную целостность Польши, но также ее суверенитет на территориях, находящихся в польских границах (статья 2). Кремль о наличии такого дополнения не позаботился.

— В договоре 2+4 не было намеков на то, что западные державы поддерживают идею передачи части Восточной Пруссии Советскому Союзу.

— Это было сказано в Потсдамском соглашении. Однако постановление ГКО № 7558 от 20 февраля 1945 года, в котором Сталин описывает примерный проект западной и северной границы Польши (с оговоркой — до окончательного урегулирования границ на будущей мирной конференции), формулируя советские претензии в отношении бывшей Восточной Пруссии, в итоге не дождалось признания на правовом международном уровне.

 

Калининградская область до сих пор остается частью Восточной Пруссии, которой управляет правопреемница СССР — Россия. В свете международного права у нее нет суверена, а ее статус регулируется только внутренним советским и российским законодательством. Ясно только одно: в 1945 году эта территория уже не принадлежала Германии, а в 1990 году та отказалась от претензий на нее.

— Вы рассказываете о малоизвестных эпизодах истории Польской Народной Республики. Например, вы пишете, что в апреле 1945 года поляки, оказавшиеся на принудительных работах в Кенигсберге, объявили о создании городского совета и народных дружин, а в город выдвинулся батальон 14-й пехотной дивизии. Кенигсберг мог оказаться после войны в польских границах?

— К сожалению, этот город в качестве компенсации нам не предназначался. Линия, разделяющая бывшую Восточную Пруссию на советскую и польскую часть, изначально шла вдоль реки Преголи, однако, Кенигсберг отходил Советскому Союзу. Москва хотела получить не только символ, столицу региона, но также базу в Пиллау (современный Балтийск), которая с военной точки зрения составляла с Кенигсбергом единое целое и защищала всю Восточную Пруссию.

— Вы пишете, что до второй половины 1950-х годов коменданты советских гарнизонов в бывшей Восточной Пруссии успели 16 раз передвинуть границу с Польшей к югу. Почему Советский Союз хотел отодвинуть ее от той линии, которую наметил в феврале 1945 года Сталин?

— Во-первых, изначально линия разграничения (я не использую слово «граница» из-за существующих проблем международно-правового свойства, о которых я пишу в приложении своей книги) и ее следующий вариант, появившийся 16 августа 1945 года в советско-польском соглашении о государственной границе, разделял регион таким образом, что обеим сторонам пришлось бы вести в будущем активное сотрудничество. Это было связано с тем, что в обоих вариантах линия разграничения была извилистой, а закрыть и охранять (а это всегда было для СССР самым главным) проще границу, которая имеет форму прямой.

О второй причине передвижения советско-польской линии разграничения на юг пишет профессор Кшиштоф Ясевич (Krzysztof Jasiewicz). Он выдвигает гипотезу, что жертв Августовской облавы (военная операция советских войск июля 1945 года в северо-восточной части Польши — прим.пер.) убили и похоронили в поселке Краснолесье, который находится в Роминтенской пуще всего в пяти километрах к северу от современной границы. Эта гипотеза объясняет, почему начиная с августа 1945 года советская сторона стремилась передвинуть границу южнее линии, обозначенной в феврале и даже 16 августа. Ответить на вопрос, почему они двигали всю границу, легко. Москва стремилась, чтобы граница в Восточной Пруссии как можно больше напоминала прямую линию, кроме того, если бы изменения коснулись только одного места, это могло вызвать подозрения.

— В своей книге вы высказываете предположение, что жертвы Августовской облавы были похоронены в окрестностях белорусской деревни Калеты. Какие доводы существуют в пользу этой версии?

— Возможно, гипотеза профессора Ясевича верна, но я выдвинул другую. Объединяет их только граничащее с уверенностью предположение, что расстрелы проходили на советской территории, там же и хоронили жертв. Так выглядели методы и процедуры, которые применялись при массовых убийствах такого рода. Проблема заключалась только в том, что будущих жертв нужно было доставить из места заключения на место казни, эти пункты не должны были находиться слишком далеко друг от друга, а путь — проходить через густонаселенные районы.

 

На север от города Августов простираются густые леса. Я думаю, что жертвы покоятся в окрестностях белорусской деревни Калеты, которая находится в 11 километрах к северу от Сопоцкина и в нескольких километрах к югу от польско-литовской границы. Вокруг деревни — глухие леса, а самый короткий путь из Августова тоже ведет через лес. В этих местах находили останки поляков. Скорее всего, это те, кто попался после побега из эшелонов смерти.

Напомню, что в конце 1980-х годов в Польше местом казни и захоронения жертв Августовской облавы назвали село Гибы. Этот след оказался ложным, но общее направление, в котором вывозили пленников, кажется мне верным.

— Вы говорите, что число жертв Августовской облавы занижено. Почему это произошло?

— Считается, что жертвами этого преступления стали 592 человека, однако, у нас нет доступа ко всем источникам. В шифрограмме Виктора Абакумова Лаврентию Берии от 21 июля 1945 года (этот документ нашел Никита Петров из общества «Мемориал») говорится, что вначале было задержано 7 000 человек, 2 000 освободили, 250 передали НКВД Литовской ССР, 592 признали «бандитами», связанными с польским подпольем, а 828 человек продолжали проверять.

Кшиштоф Ясевич совершенно обоснованно предполагает, что эта последняя группа разделила судьбу 592 человек, а, значит, общее число жертв составляет, скорее всего, 1420. В пользу этого говорят два факта. Во-первых, эти 828 человек были свидетелями того, как исчезли 592, значит, освободившись, они могли рассказать о преступлении. Во-вторых, ни один из людей, «проходивших проверку», позже никак не заявил о себе.

комментировать
наверх